Новости. Новосибирск

Гузель Яхина: «Я - казанская писательница»

Автор романа «Зулейха открывает глаза» поведала новосибирцам интересные факты о книге и рассказала, что думает о постановке по своему произведению.

В июне в театре "Старый дом" выйдет спектакль по роману Гузель Яхиной «Зулейха открывает глаза».  Почти за полгода до постановки автор произведения приехала в Новосибирск. На встрече с читателями и театралами она рассказала о своей национальной самоидентификации, об отношении к инсценировкам по своей книге, а также о том, почему не стала сценаристом и отказалась от финальной главы романа.

О правде и вымысле в романе «Зулейха открывает глаза»:

В каких-то случаях я позволяла себе преувеличения. Например, путь по железной дороге длится в романе шесть месяцев. Это, конечно, очень много. В реальности везли людей не по шесть месяцев, конечно, а месяц-полтора максимум. Но я позволила себе сделать такое преувеличение, чтобы героиня успела выносить ребенка до прибытия в тайгу. Также преувеличением является смертность, потому что в романе из тех 800 человек, которые выехали в эшелоне, остались в живых 30. Это, конечно, огромный процент смертности, на самом деле, он был ниже, хотя тоже чудовищный совершенно. Я видела статистику, всего прошли через спецпоселения в 30-40-е годы 6 млн человек, включая раскулаченных. Из этих 6 млн 600 тыс. погибли. В первые годы смертность составила 10% от тех, кто был сослан в поселения. Вот эти вещи я преувеличивала, полагаясь на то, что читатели меня поймут.

О притяжении «Зулейхи»:

В Башкирском театре драмы в Уфе прошла премьера постановки по моей книге, которую я еще не видела. Спектакль поставлен на башкирском языке. Мне предлагали написать эту театральную постановку самой. Но я совершенно не знаю, как это делается, я ничего не понимаю в театральной драматургии. Это во-первых и в-главных. А во-вторых, я достаточно долго прожила с историей Зулейхи, и мне нужно было для себя решить, писать инсценировки для этой истории или идти в новую. Чем дольше ты находишься в большом романе, тем больше он тебя притягивает. Я решила выйти из этого поля притяжения и заниматься новой историей. Когда я писала второй роман, притяжение первого романа было очень сильным, и мне потребовалось много времени, чтобы из него выйти. Ты пишешь текст, и тебе кажется, что он новый, но потом ты обнаруживаешь, что это «Зулейха», но с другими героями. Я надеюсь, мне удалось выйти из поля притяжения первого романа, и очень надеюсь, что читатели поймут это желание и не будут ожидать от второго романа, что он будет «Зулейхой 2:0».

О постановке в театре «Старый дом» и доверии режиссеру:

Дать согласие на постановку было моим решением. Если бы я очень сильно нервничала по поводу интерпретации, наверное, я бы такого решения не дала. Мне очень хочется, чтобы спектакль получился. Если режиссер обратится ко мне с любым вопросом, конечно, я постараюсь ему помочь. Другое дело, я считаю, что автор не должен мешать. Здесь точно также, как с переводчиками - это такие родители того текста, который они делают. Режиссер – автор постановки, он будет за нее отвечать, а я отвечаю за роман.

О спектакле на башкирском:

Мне одинаково нравится видеть спектакль на любом языке. Смысл «Зулейхи» в том, что национальные предрассудки не так важны. Люди в поселении выживают не как татары или русские, а как люди, которые зависят друг от друга. Поэтому здесь язык не важен. Сам спектакль поставлен как общечеловеческая история, без акцента на какие-то национальные вещи.

О татарской идентичности:

Чем старше я становлюсь, тем больше ощущаю в себе того, что вложено в меня другими людьми. В том числе моими бабушками и дедушками. Я до трех лет говорила только по-татарски, русский пришел позже, когда был детский сад и школа. Поэтому, конечно, во мне есть татарское. Я это ценю. Другое дело, что национальная самоидентификация у меня не на первом плане. В первую очередь я считаю себя женщиной, матерью. Для меня в человеке важнее всего человек, и встречаюсь я с человеком, а не с представителем какой-то национальности. Когда меня спрашивают, русская я писательница или татарская, я предпочитаю отвечать, что казанская. Это и про татарское, и про русское. Вот свою «казанскость» я чувствую, испытываю гордость, что я из Казани.

О собственном сценарии на «Зулейху»:

Очень помог мне в создании первого романа сценарий. Я хотела написать роман, но ничего не получилось. Пришлось идти в Московскую школу кино, чтобы поучиться слагать истории и написать учебную работу - это и был сценарий «Зулейха открывает глаза». И только потом, пользуясь этой основой, я развернула литературный текст. Со вторым романом было по-другому. Не скрою, мне хотелось повторить прием, но так не получилось.

О неудавшейся профессии сценариста:

Я поработала в сценаристике целых семь месяцев, и это достаточно хороший опыт, чтобы сделать выводы. Для того, чтобы быть сценаристом, нужно иметь определенные черты характера. Нужно иметь гибкость, это профессия требует очень быстрой реакции, гибкого реагирования на разные вопросы, умения сочетать разные стороны. Не обладая этими качествами, в профессии задержаться невозможно. Я долго вынашиваю идею и очень сложно ее меняю, и, если честно, предпочитаю ее вообще не менять. Поэтому сценарист из меня не очень хороший, а честно говоря, никакой. Когда я поняла, что написание дается мне с большим трудом, а исправление – с еще большим трудом, я решила, что, видимо, профессионально не подхожу под  необходимые требования.

Об описании родов:

Что касается главы про роды, это часть, в которой я не опиралась на справочники. Здесь мне помогла моя свекровь, она гинеколог и всю жизнь проработала в Первой медицинской академии в Санкт-Петербурге. Это такое место, куда свозят рожениц со сложными случаями. Она всю жизнь отвечала за сложные роды. Когда я поняла, что нужно написать про роды Зулейхи, я, конечно, пришла к свекрови. Когда книжка вышла, моей свекрови стали звонить бывшие коллеги и говорить, что узнали ее акушерский почерк.

О втором финале книги:

У меня был написан другой конец. Даже так: дополнительная  последняя глава, которую я не стала включать в финальный вариант текста. Эта глава рассказывала о возвращении Юсуфа, когда он стариком возвращается на берег Анкары и вспоминает там свою мать. Такой конец был у меня в сценарии. Когда Зулейха обнимается с сыном, подразумевалась закономерная фраза «Зулейха закрывает глаза». Но это, скорее,  киноэпизод, он чересчур мелодраматичен, поэтому я отрезала его полностью. И оставила открытый финал.

Записала Юлия Моисеева

  • ПОПУЛЯРНОЕ
  • ОБСУЖДАЕМОЕ

Уважаемые читатели! Теперь Вы можете комментировать материалы сайта, зарегистрировавшись здесь.

Комментирование также доступно при авторизации через любую из социальных сетей:

Перед тем как оставить комментарий, прочтите правила
Ваше имя*:
Ваш E-mail:

Введите числа с картинки:





О проекте
Рубрики новостей
Разделы
Статистика
Рейтинг@Mail.ru
Присоединяйтесь
Сетевое издание БК54

Свидетельство: ЭЛ № ФС 77 - 69886 выдано 29.05.2017 Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовый коммуникаций (Роскомнадзор)
Учредитель: Сусликов Сергей Сергеевич

CopyRight © 2008-2017 БК54
Все права защищены.

При размещении информации с сайта в других источниках гиперссылка
на сайт обязательна.
Редакция не всегда разделяет точку зрения блогеров и не несёт ответственности за содержание постов и комментариев на сайте. Перепечатка материалов и использование их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, возможны только с письменного разрешения редакции.
Главный редактор - Сусликов Сергей Сергеевич

Редакция сайта:
г. Новосибирск, ул. Немировича-Данченко, д.104, оф.703, тел.: (383) 36-37-957

редакция: [email protected]

рекламный отдел: [email protected]